Грамматика

Материал из Воршуда
Перейти к: навигация, поиск

Морфология

Словообразование

Удмуртское слово структурно может состоять из одной (корневой) морфемы или из нескольких (корневой морфемы + служебных морфем): ву 'вода'; ки 'рука'; гыр-ись 'пахарь', гыр-ись-ёс 'пахари', гыр-ись-ёс-мы 'наши пахари', гыр-ись-ёс-мы-лы 'нашим пахарям'. В сложных словах корневых морфем бывает две и больше, ср. мумыкор 'матица' (букв, 'мать-бревно'), пушмульыпу 'орешник'. Обычно словоизменительные морфемы в структуре слова занимают конечную позицию. Корень (или корневая морфема) может начинаться с любого гласного и любого согласного, иметь открытый или закрытый слог, состоять из одного или двух слогов и сравнительно реже более двух. Служебные морфемы в структуре слова располагаются в определённой последовательности, например, в именах существительных при простом склонении: корень + словообразовательный аффикс + аффикс мн. ч. + аффикс падежа: крезь +чи + ос + лы 'гуслярам' (крезь 'гусли', крезьчи 'гусляр', крезьчиос 'гусляры'). В притяжательном склонении падежные форманты могут располагаться как после посессивных суффиксов (крезь + чи + ос + мы + лы 'нашим гуслярам'), так и перед ними (в зависимости от падежа): крезь + чи + ос + ын + ыз 'с его гуслярами'. Префиксов в удмуртском языке немного. К ним относятся: но-, коть-, от- и др., напр.: нокин 'никто' - кин 'кто'; нокыӵе 'никакой' – кыӵе 'какой'; котьку 'всегда' - ку 'когда'; котькытын 'всюду, везде, где угодно' - кытын 'где'; олокӧня 'несколько, неизвестно сколько' - коня 'сколько'; олокудӥз 'некоторый, неизвестно который' – кудӥз 'который'. Основными способами словообразования являются суффиксация и словосложение[1].

Части речи

В удмуртском языке 11 частей речи. Из них 6 составляют знаменательные части речи: существительное, прилагательное, числительное, местоимение, глагол, наречие. В группу служебных входят 3 части речи: послелог, союз, частица. Как особые части речи рассматриваются междометия и модальные слова.

Морфология отличается развитой системой именных, падежных и глагольных форм.

Существительное

Существительным свойственны категории числа, падежа, притяжательности, категория рода отсутствует. Единственное число выражается нулевой морфемой, множественное число - аффиксами: после гласной основы -ос, а после согласной основы –ёс, пу «дерево», пуос «деревья», гурт «деревня», гуртъёс «деревни». В удмуртском языке нет существительных, употребляющихся только во множественном числе. Но имеются целые группы слов, которые употребляются лишь в форме единственного числа. К ним относятся вещества, которые поддаются измерению, но не счету (ву «вода», луо «песок», корт «железо»); действия, состояния, процессы, качества (серем «смех», яратон «любовь», ӝуждала «высота»); ягоды, овощи и некоторые растения (эмезь «малина», йыды «ячмень», боры «клубника» и др.) [2].

Заимствованные из русского языка имена существительные, употребляющиеся только во мн. ч., в удмуртском языке воспринимаются как слова, стоящие в ед. ч. и соответственно могут приобретать аффикс -ос или -ёс: очки - очкиос 'очки'. В некоторых случаях отсекается показатель мн. ч. Например, русские слова весы, часы, каникулы в удмуртском имеют формы вес, час, каникул.

Все существительные удмуртского языка склоняются по падежам, несклоняемых существительных нет. В парадигме склонения имён существительных вьщеляется 15 падежей. По своим функциям они делятся на две группы: а) субъектно-объектные: именительный (номинатив), винительный (аккузатив), родительный (генитив), разделительный (аблатив), дательный (датив), лишительный (абессив), соответственный (адвербиал-позитив), творительный (инструменталь); б) местные: местный (инессив), входный (иллатив), исходный (элатив), отдалительный (эгрессив), переходный (пролатив), направительный (аппроксиматив), предельный (терминатив). Существительные, обозначающие одушевлённые предметы, склоняются только по субъектно-объектным падежам, хотя некоторые из них могут также иметь формы направительного и предельного падежей. Существительные, обозначающие неодушевлённые предметы, склоняются по всем падежам[1].


Категория притяжательности в удмуртском языке выражается различными суффиксами, обозначающими принадлежность предметов к 1, 2, 3-му лицу единственного и множественного числа.

Единственное число

1 л. -э(-е), -ы: луд-э «мое поле», уж-е «моя работа», ки-ы «моя рука».

2 л. -эд(-ед), -ыд: луд-эд «твое поле», уж-ед «твоя работа», ки-ыд «твоя рука».

3 л. -эз(-ез), -ыз: луд-эз «его (ее) поле», уж-ез «его (ее) работа», ки-ыз «его (ее) рука».

Множественное число

1 л. -мы: луд-мы «наше поле», уж-мы «наша работа», ки-мы «наша рука».

2 л. -ды(ты): луд-ды «ваше поле», уж-ды «ваша работа», ки-ды «ваша рука», гурт-ты «ваша деревня».

3 л. -зы(-сы): луд-зы «их поле», уж-зы «их работа», ки-зы «их рука», гурт-сы «их деревня».

При изменении имен существительных по падежам принадлежность предметов к 1, 2, 3-му лицу выражается еще суффиксами -л, -д, -з (ед. ч.), -мы, -ды, -зы (мн. ч.). Такое явление происходит в винительном, творительном, местном, входном, исходном, отдалительном, переходном, предельном падежах.

Единственное число

Творит. п. 1 л. уж-ен-ы-м «моей работой»

2 л. уж-ен-ы-д «твоей работой»

3 л. уж-ен-ы-з «его (ее) работой»

Множественное число

Творит. п. 1 л. уж-ен-ы-мы «нашей работой»

2 л. уж-ен-ы-ды «вашей работой»

3 л. уж-ен-ы-зы «их работой» [2].

Но имеются определённые семантические группы существительных, в которых выступают аффиксы -ы, -ыд, -ыз. Сюда относятся некоторые существительные, обозначающие части тела, части отдельных предметов, внутреннее состояние и внешние признаки живых существ, некоторые существительные, выражающие родственные и временные отношения и др., напр.: йыр-ы 'моя голова', ныр-ыд 'твой нос', пель-ыз 'его (её) ухо', мылкыд-ы 'моё желание, настроение', лул-ыд 'твоя душа', тусбуй-ыз 'его (её) внешность, облик', вылтыр-ы 'моё тело', ныд-ыз 'его (её) черенок (лопаты, ножа)', ныл-ы 'моя дочь', вын-ыд 'твой младший брат', дыр-ыз 'его (её) время'[1].


В удмуртском языке категория притяжательности также может выражаться: а) путем примыкания имени существительного к определяемому слову (корка липет «крыша дома»); б) сочетанием определяемого существительного с определяющим существительным, оформленным падежными суффиксами на -лэн, -лэсь и -эз(-ез) в определяемом слове (корка-лэн липет-эз (им. пад.) «крыша дома», корка-лэсь липет-сэ (вин. пад.) «крышу дома»). Определяемое слово может быть выражено и притяжательными местоимениями единственного и множественного числа (мынам корка-е «мой дом», милям корка-мы «наш дом») и соответствующими падежными формантами определяемого существительного (мынам корка-е-лэн «у моего дома», милям корка-мы-лэн «у нашего дома», мынэсьтым корка-е-лэсь «у (от) моего дома», милесьтым корка-мы-лэсь «у (от) нашего дома»).

Основные способы словообразования существительных: суффиксация, словосложение и субстантивация других частей речи[2].

Прилагательное

Прилагательное, обозначая признак предмета, обычно выступает в предложении в качестве определения или сказуемого. Имя прилагательное в удмуртском языке предшествует определяемому существительному и чаще всего не согласуется с ним, а примыкает: лыз дэрем «синее платье», вож куаръёс «зеленые листья». Употребляясь в роли определения, как правило, с выделительно-указательными суффиксами -эз(-ез), -ыз, они согласуются с определяемым словом: лызэз дэрем «синее платье», лызъёсыз дэремъёс «синие платья», бадӟымъёсызлы коркаослы «большим домам». Согласование прилагательного с существительным наблюдается также в составе именного составного сказуемого: писпуос ӝужытэсь «деревья высокие»[2].

Прилагательное характеризуется категориями сравнения и степенями качества. Различают три степени сравнения. Прилагательные в положительной степени (лыз «синий», тӧдьы «белый») называют качество или признак предмета без сравнения с аналогичными качествами, признаками других предметов или признаками того же самого предмета , но в разные периоды его существования. Cравнительная степень, образуемая с помощью суффиксов -гес, -гем (тӧдьыгес/тӧдьыгем «белее», выльгес/выльгем «новее»), обозначает качество (признак), находящееся (а) в одном предмете (лице) в большей степени, чем в другом, или же (б) в одном и том же предмете (лице) – но в разные периоды его существования. Превосходная степень выражается только аналитическим способом - препозитивом «самой» (самой чебер «самый красивый, красивейший»). Иногда для выражения превосходной степени используются определительные местоимения с падежным суффиксом -лэсь: ваньмызлэсь, котькинлэсь «всех» (ваньмызлэсь чебер «красивее всех», котькинлэсь ӟеч «лучше всех»). Превосходная степень прилагательного выражает самую большую или самую меньшую степень качества, признака предмета по сравнению с подобным качеством, признаком других предметов[3].

В удмуртском языке особо выделяют 3 степени качества прилагательных. Позитив выражается начальной формой прилагательного, которая служит для "выражения нормальной степени качества"[4]. Другие степени качества выделяются лишь в сопоставлении с ней[3]. Ослабленная степень качества (модератив) выражается суффиксами -алэс, -мыт, -пыр(ъем): гордалэс «красноватый, чуть красный, с тонким красным оттенком»; ӵужмыт «желтоватый, с тонким желтым оттенком»; вожпыр(ъем) «зеленоватый, с зеленым оттенком». Оформленные этими морфемами лексемы являются формой слова, выражающей неполноту, ослабление, уменьшение, понижение качества в предмете (лице). Высшая степень качества (интенсив) выражается:

а) редупликацией основ: горд-горд «красным-красно», сьӧд-сьӧд «черным-черно»;

б) при помощи удвоения препозитивов основного прилагательного: воль-воль вольыт «гладкий, совершенно гладкий»;

в) при помощи препозитивов, не связанных с корневой основой прилагательных. Препозитивы могут быть одиночными - в виде редупликатов: юг (юг-юг) тӧдьы «белый-белый, белым-бело», тём (тём-тём) пеймыт «темный-темный, темным-темно»;

г) препозитивными наречными формами туж, укыр, юн, некое, туж чебер, укыр чебер, юн чебер, лекос чебер «очень красивый, красивейший»[2].

Прилагательные могут быть непроизводными (вуж 'старый, обветшалый', кузь 'длинный', ӵуж 'жёлтый') и производными: шундыё 'солнечный' < шунды 'солнце'; ваменэс 'упрямый' < вамен 'поперёк'; виресь 'кровавый, запачканный кровью' < вир 'кровь'.

Заимствованные из русского языка прилагательные имеют конечную основу -ой, -ей и -ий: пассажирской поезд 'пассажирский поезд', средней школа 'средняя школа', рабочий класс 'рабочий класс'.

Для прилагательных удмуртского языка (как и для многих других частей речи) характерна выделительно-указательная категория, которая образуется с помощью дейктических аффиксов -эз (-ез), -з- (-с-) и -ыз, вносящих в семантику слова значения 'именно тот (та, то) из них', 'именно те из них': Тӥляд Чебершурады кадь чеберез черк нокытын но ӧз удалты. 'Ни одна церковь не удалась так хорошо, как в вашем Чебершу-ре.'; Чебершур селоысь вужзэ улон корказэ школа улэ тупатӥз. 'Старый дом свой, который находится в селе Чебершур, он обустроил под школу.'; Черк йылэ пичиоссэ гырлыосты ӝутъязы. 'На макушку церкви поднимали маленькие колокола'. Прилагательные с выделительно-указательным аффиксом склоняются. Такие прилагательные нередко субстантивируются, т. е. переходят в разряд существительных, заменяя при этом определяемое существительное, и, как и любое другое существительное, прибретают возможность изменяться по падежам, присоединять лично-притяжательные суффиксы и т. д[1].

Числительное

Основной словарный фонд числительных удмуртского языка состоит из 20 самостоятельных неделимых слов (одиг "1", кык "2", куинь "3", ньыль "4", вить "5", куать "6", сизьым "7", тямыс "8", укмыс "9", дас "10", кызь "20", куамын "30", ньыльдон "40", витьтон "50", куатьтон "60", сизьымдон "70", тямыстон "80", укмыстон "90", сю "100", сюрс "1000"), если включить сюда международные названия миллион, миллиард, биллион и др., вошедшие через русский язык, то и в этом случае их состав окажется лишь на несколько единиц больше[5].

Числительные делятся на количественные (вить «пять», куать «шесть») и порядковые (кыкетӥ «второй», сизьыметӥ «седьмой»). По составу количественные числительные могут быть: 1) простые: а) состоящие из одного корня (или основы): кык 'два', вить 'пять', дас 'десять'; б) диахронически сложные, состоящие из двух (или более) корней (или основ): витьтон 'пятьдесят', тямыстон 'восемьдесят' (тон когда-то значило 'десять'); 2) сложные: куинь-ньыль 'три-четыре', кызь-куамын 'двадцать-тридцать'; 3) составные, состоящие из двух или более числительных: кык сю 'двести', куать сю дас куинь 'шестьсот тринадцать'.

Связь между числительными, входящими в группу составных, осуществляется путём примыкания. Количественные и порядковые числительные при присоединении выделительно-указательного, лично-притяжательного аффиксов, а также при субстантивации склоняются так же, как и прилагательные: Кыкысытыз ик возысь мешокъёс гуэ тыремын. 'Мешки из обоих возов сложены в погреб'. В составных количественных числительных по падежам изменяется только последний компонент: сю витьтон кык 'сто пятьдесят два', сю витьтон кыклы 'ста пятидесяти двум', сю витьтон кыктэк 'без ста пятидесяти двух' и т. д. Определяемое количественным числительным существительное может принимать формы как единственного, так и множественного числа: .. .гуртазы кык гинэ радиозы. '.. .в их деревне только два радиоприёмника'; Табере тӥни атаеныз кыкназы одӥг гуын кык гондыръёс сямен уло (Валиш.). 'Теперь они с отцом живут как два медведя в одной берлоге'.

Количественное числительное в предложении может выступать: а) подлежащим: Куинез укноез улъча пала, кыкез азбар пала учко (Шир.). 'Три окна смотрят на улицу, два - во двор.'; б) дополнением: Собере со пасьталазэ огазе ватса но куиньлы люк (Валиш.). 'Затем сложи ширину и подели на три.'; в) определением: Кулакова толон вить иськеме бызьылӥз. 'Кулакова вчера бежала дистанцию пять километров.'; г) обстоятельством: Братцы-кролики, одӥгысь гинэ ӟузьылом, тусьты-тӥрлык миськыны ву ӧвӧл. 'Братцы-кролики, будем хлебать из одной [тарелки], посуду мыть воды нет.'; д) сказуемым: Солэн кырӟан гурез одӥг ук. 'У него же одно на уме (букв, одна мелодия)'. Порядковое числительное в предложении выступает в роли определения (Кыкетӥ нуналзэ ни одӥг гучык но ымаз уг поны. 'Вторые сутки он ни капли в рот не берёт.') и сказуемого (Тон списокын витетӥез. 'Ты в списке пятый.'). В случае субстантивации числительное может выступать и в качестве других членов предложения[1].

В группе количественных различаются числительные приблизительного счета (куамын ёрос «около тридцати») и дробные числительные, образующиеся с помощью суффикса -мос: кык куиньмос «две третьих». Порядковые числительные образуются с помощью суффикса -этӥ(-етӥ): ньылетӥ корка «четвертый дом». Количественное числительное может быть осложнено лично-притяжательными суффиксами (кыкед «твои два», кыкез «его(ее) два»), а порядковое числительное - выделительно-указательными суффиксами -эз (-ез),-ыз. Тогда они согласуются с определяемым именем в числе и падеже (дасэзлы студентлы «десяти студентам», котькуд витетӥезлы ужасьлы премия сётӥзы «каждому пятому рабочему дали премию»).

Как и имена прилагательные, числительные в удмуртском языке в сочетании с существительными примыкают к различным падежным формам существительных: кык коркаен «с двумя домами», кык корка «два дома», кык коркалэн «у двух домов»[2].

Местоимение

Местоимения в удмуртском языке богаты личными формами. В составе местоимений различают 12 разрядов:

  • собственно-личные (мон «я», тон «ты», со «он (она)», ми «мы», тӥ «вы», соос «они»);
  • усилительно-личные или определительно-личные: ачим «я сам», ачид «ты сам», ачиз «он (она) сам (сама)»; асьмеос «мы сами», асьтэос «вы сами», асьсэос «они сами»;
  • взаимно-личные: ог-огмы «мы друг друга», ог-огды «вы друг друга», ог-огзы «они друг друга»;
  • счетно-личные: огнам «я один», огнад «ты один», огназ «он один», огнамы «мы одни», огнады «вы одни», огназы «они одни»;
  • послеложно-личные: вылам «на мне», вылад «на тебе», вылаз «у него (у ней), на себе»;
  • обобщительно-личные: ваньмы «мы все», ваньды «вы все», ваньзы «они все», ваньнамы «мы все», ваньнады «вы все», ваньназы «они все»;
  • притяжательные: ас «свой, своя, свое», асьме «наш, наша, наше, свой, своя, свое», асьтэ «ваше, свое», асьсэ «их, свое»; аслам, аслад, аслаз «у меня, у тебя, у него (нее), свое»; асьмелэн, асьтэлэн, асьсэлэн «у нас, у вас, их, свой, своя, свое», мынам «у меня», тынад «у тебя», солэн «у него, у нее», милям «у нас», тӥляд «у вас», соослэн «у них»;
  • указательные: та «этот, эта, это», со «тот, та, то»; таиз «этот, эта, это», соиз (в том же значении); таӵе «такой(-ая, -ое)», сыӵе «такой(-ая, -ое), подобный (-ая, -ое)»;
  • вопросительно-относительные: кин «кто», ма «что», кыӵе «какой (-ая, -ое)», кудӥз «который (-ая, -ос)», кӧня «сколько»;
  • отрицательные: нокин «никто», нокыӵе «никакой», нокудӥз «некоторый», нокӧня «нисколько», номыре, номыр «ничего»;
  • неопределенные: кин ке «кто-то», олокин «кто-то», маке «что-то», мар ке «что-то», олома(р) «что-то», кудӥз ке «который-нибудь», олокудӥз «который-нибудь, который-то», кыӵе ке «какой-то, какой-нибудь», олокыӵе «какой-то», кӧня ке «сколько-то», олокӧня «сколько-то, несколько»;
  • определительные: вань, ваньмыз «всё, все», котькин «кто угодно», котьма, котьмар «всё», котькыӵе «любой из многих однородных», котькудӥз «каждый из многих».

В удмуртском языке нет возвратных местоимений[2].

Глагол

Глагол в удмуртском языке традиционно представлен спрягаемыми формами, которые изменяются по лицам, числам, временам, наклонениям. К неспрягаемым формам относятся инфинитив (исходная форма всех глаголов, образуемая суффиксом -ны: ужаны «работать», гырыны «пахать»), причастия и деепричастия. В спрягаемых глаголах различаются два спряжения: глаголы с основой на -ы относятся к I спряжению (пырыны «входить»), глаголы с основой на -а(-я) - ко II спряжению (ужаны «работать», гожъяны «писать»).

Все глаголы изменяются по трем лицам единственного и множественного числа, имеют положительную и отрицательную аспекты изменения. Отрицательная парадигма спряжения в различных временных формах представлена препозитивными вспомогательными глаголами: уг, уд, уг (ед. ч.), ум, уд, уг (мн. ч.) (наст, вр.); уг, уд. уз (ед. ч.); ум, уд. уз (мн. ч.) (буд. вр.); ӧй, ӧд, ӧз (ед. ч.), ӧм, ӧд, ӧз (мн. ч.) (пр. вр.). Лишь глаголы неочевидного прошедшего времени имеют синтетическую и аналитическую формы выражения отрицания (ве-раськым-тэ(е), ӧвӧл вераськем «я не говорил, оказывается», верам-тэ(ед), ӧвӧл верамед «ты не говорил, оказывается», верам-тэ(ез), ӧвӧл верам «он не говорил, оказывается»; ве-рам-тэ(мы), ӧвӧл верам/мы) «мы не говорили, оказывается», верам-тэ(ды), ӧвӧл верам(ды) «вы не говорили, оказывается», вераллям-тэ, ӧвӧл вераллям(зы) «они не говорили, оказывается»)[2].

Всем классам форм глагола характерны категории спряжения, залога и вида.

Глаголу свойственны две группы залоговых форм: невозвратный/возвратный. Возвратный залог образуется при помощи аффиксов -ськы-, -иськы-, -скы-. По значению глаголы этого залога распадаются на следующие подгруппы:

а) глаголы собственно-возвратного залога: кутчаськыны 'обуваться' - кутчаны 'обуть, обувать'; дӥсяськыны 'одеваться' – дӥсяны 'одеть, одевать';

б) глаголы взаимно-возвратного залога: чупаськыны 'целоваться' - чупаны 'целовать'; вераськыны 'разговаривать, беседовать' - вераны 'сказать, говорить';

в) глаголы средне-возвратного значения: глаголы, обозначающие изменения, происходящие в самом субъекте действия ('заниматься чем-либо') и глаголы, выражающие характерные признаки действующего субъекта или действие, которое замыкается в самом субъекте: дышетскыны 'учиться' - дышетыны 'учить'; вуриськыны 'заниматься шитьём' - вурыны 'шить';

г) глаголы пассивного значения: та бусы табере тракторен гыриське 'это поле теперь пашется трактором'; та бусы табере тракторен гыриськоз 'это поле теперь будет вспахано трактором' (букв, 'будет пахаться'); паськыт возьёс турнасько 'широкие луга косятся'; паськыт возьёс турнаськозы 'широкие луга будут скошены' и др.

А так же группа непонудительных/понудительных глаголов (вурыны «шить, сшить» - вуры-ты( -ты- )-ны «заставить (кого-либо) шить, сшить», гожъяны «писать» - гожъя-ты(-ты-)-ны «заставить (попросить) кого-либо писать, написать»).

Специфическую особенность составляют однократные и многократные виды глаголов, однократность или многократность которых выражается оппозицией -ы-/-а-(-я-): бертыны 'возвратиться' - бертаны 'возвращаться', васькыны 'спуститься' - васьканы 'спускаться', ӝутыны 'поднять' - ӝутъяны 'поднимать', потыны 'выйти' - потаны 'выходить', пырыны 'войти' - пыраны 'входить' и др.: Али но, Гаянэз силы карем луыса, куазь югыт дыръя кӧйтылэз жуатӥз. 'Вот и теперь, уважая Гаяна, когда ещё совсем светло (за окном), зажёг свечу.'; Сое ӟеч куноос дыръя гинэ ӝуатъя Балян. 'Лишь для дорогих гостей зажигает её Балян'. Несмотря на то, что глагольные единицы с показателями -а- (-я-) в этом случае выражают повторяющееся действие, они могут также присоединять суффиксы -лля(-): Нош песянай азбаре но ӧз поталля ни. 'А бабушка даже и во двор уже не выходила.'; Филипп мукет инты ӧвӧлэн сэндраын кӧлалляз. 'Филипп ночевал на полатях из-за отсутствия другого места [для ночлега].'; Нош эше куддыр бадӟым батарейкаосын герӝам лампочказэ ӝуатъялляз. 'Иногда мой друг включал соединённую с большими батарейками лампочку'.

Так же многократность выражается с помощью суффиксов:

а) -лы-, -а- от глаголов I спряжения (юыны «пить» - юылыны «попивать (не раз)», кынтыны «морозить» - кынтылыны «замораживать»; пырыны «входить» - пыраны «захаживать, посещать (не раз)»;

б) -лля- от глаголов II спряжения (вераны «сказать» - вералляны «говорить (не раз), рассказывать»).

Глагольные единицы, маркированные суффиксами –л(ы)- и -лля(-), выражают разные значения множественности: а) действие совершается более одного раза: Нина та выллем ввраськонъёсты ӵем кылылӥз. 'Нина часто слышала подобные разговоры.'; Собере колыс бичалляй. 'Потом я собирала борщевик.'; б) действие распределяется между несколькими участниками-субъектами процесса: Покчиос, сыӵе ик тузон поттыса, калык куспытӥ ог-огзы сьӧры уйылӥсько. 'Дети-, так же поднимая пыль, бегают друг за другом в толпе.'; Тӧдьыос тросэн-тросэн шур дуре вуыло. 'Отряды белых (букв, белые) помногу прибывают к реке.'; Ёзъёсы тӥни институтъёсты но быдтылӥзы ни. 'Мои ровесники вон и институты уже закончили.'; в) действие рассредотачивается в пространстве: Солэн (кутэмняньлэн) ымныре шунытэз лыктэ, пинь улысь кенэм тачыр-тачыр пильылӥське. 'От него (каравая) идёт тепло, семена конопли лопаются с треском.'; Кызьпулэн гурыосыз пилиськыло ни ке, нянь кизён дыр вуиз (Ром.). 'Если берёза распустила (букв, распускает) серёжки, то пора сеять хлеб.' и др.

Спрягаемым формам характерна категория притворной модальности, выражающая притворность, фиктивность, мнимость (видимость), маломерность совершения действия. Данная глагольная категория образуется:

а) морфологическим способом с помощью суффикса -е(-э)мъяськы-: лыдӟемъяськыны «делать вид, будто читаешь»;

б) сочетанием причастия на - (э) м с изменяемым вспомогательным глаголом карыны «делать» (лэсьтэм карыны «делать вид, будто что-то строишь», кылэм карыны «делать вид, будто слышишь»). Иногда к причастию на -(э)м наращивается словосочетание - улэ аналскыны «притвориться» (кылэм улэ аналскыны «притвориться, будто слышишь»).

С точки зрения выражения категории притворности, скромности действия или маломерности глаголы делятся на следующие группы:

1. Большинство глаголов, выражающих конкретное действие, могут иметь все указанные выше категории (фиктивность, скромность, маломерность): арамъяськыны 'притворяться жнущим', арамъяськисько 'пытаюсь жать' (скромно о себе); пие арамъяське 'сын жнёт' (но у него плохо получается).

2. Глаголы, обозначающие психофизиологические процессы, выражают только категорию притворности: иземъясъкиськид 'ты делал вид, что спишь'.

3. Глаголы, обозначающие явления природы, не зависящие от воли индивидов, обычно выражают маломерность: зоремъяське 'чуть-чуть идёт дождь'.

4. Глаголы, обозначающие отдельные физические и химические процессы, обычно не имеют категории притворности, скромности, маломерности: бездыны 'линять', вужмыны 'обветшать', восьмыны 'похудеть' и т. д[1].


В удмуртском литературном языке глаголы имеют 3 наклонения: изъявительное, условное и повелительное. Ряд исследователей выделяют четвертое наклонение - желательное, которое выражается препозитивами мед «пусть» и медаз «пусть не». В современных исследованиях оно рассматривается в составе повелительного наклонения.

Глаголы условного наклонения в единственном числе образуются с суффиксом -сал, присоединяющимся к полной или усеченной основе (мынысал или мынсал «шел бы, пошел бы», верасал «сказал бы»). Повелительное наклонение выражается полной или усеченной глагольной основой второго лица с ударением на первом слоге (вера «скажи, говори», мын, ветлы «иди, сходи»), во множественном числе к основе глагола присоединяется суффикс -э(-лэ), -е(-лэ): мы́н-э(-лэ), ве́тл-э(-лэ). В отрицательном аспекте повелительное наклонение выражается препозитивным вспомогательным глаголом эн (эн у́чк-е(-лэ) «не смотрите», эн мы́н-э(-лэ) «не ходите»)[2].

Причастие

Причастия образуются от основы глаголов при помощи следующих аффиксов: -ись (-ӥсь), -сь; -эм (-ем), -м; -мтэ; -он (-ён), -н; -оно (-ёно), -но; -исьтэм (-ӥсьтэм), -сьтэм; -онтэм, -нтэм; -мон; -эмын (-емын), -мын.

Причастия на -ись (-ись), -сь обозначают активно совершающееся действие и в основном соответствуют русским действительным причастиям настоящего времени: изись 'спящий' - изьыны 'спать'; мынӥсь 'идущий, едущий' - мыныны 'идти, ехать'; корась 'рубящий' - кораны 'рубить'.

Причастия на -эм (-ем), -м обозначают пассивный признак действия и обычно соответствуют страдательным причастиям прошедшего времени русского языка: гырем (бусы) 'вспаханное (поле)', лыдӟем (книга) 'прочитанная (книга)', турнам (турын) 'скошенная (трава)'.

Причастия на -он (-ён), -н, как и предыдущая группа, имеют залоговое значение активности или пассивности, а определяемое слово является субъектом или объектом действия: вуриськон вень 'игла для шитья' - вурыны 'шить', куар усён вакыт 'время листопада' - усьыны 'упасть, падать'. Такие причастия довольно часто бывают омонимичны существительным: пукон дыръя 'во время сидения' - пукон 'стул'; турнан вакыт 'время сенокоса' - турнан 'косилка'.

Причастия на -мтэ, -исьтэм (-ӥсьтэм), -сьтэм выражают отрицаемое прошедшее действие: кутымтэ кион 'непойманный волк' - кутыны 'поймать, ловить, держать'; гырымтэ ана 'невспаханная полоса земли' – гырыны 'пахать'; арамтэ чабей 'несжатая пшеница' - араны 'жать'; корамтэ тыпы 'несрубленный дуб' - кораны 'рубить, срубить'; ужасьтэм адями 'неработающий человек' - ужаны 'работать, трудиться';

Причастия на -онтэм, -нтэм обозначают отрицаемое действие, выраженное отглагольным существительным: погрантэм юбо 'устойчивый (такойг что не упадёт) столб'; быдэстонтэм уж 'такая работа, которая не завершится (букв, незавершимая работа)'.

Причастия на -оно (-ёно), -но выражают значение долженствования (действие, которое подлежит осуществлению): корано 'подлежащий рубке'. В зависимости от контекста и значения производящей основы глагола такие причастия могут обозначать постоянный (вневременный) признак: гажано инженер 'уважаемый инженер', солэн кивалтоно институтэз 'руководимый им институт'.

Причастия на -мон выражают категорию возможности или осуществимости: гырымон пияш 'паренёк таков, что сможет пахать'; гырымон инты 'место таково, что можно пахать'; корамон нюлэс 'лес таков, что можно рубить'.

Причастия на -(э)мын, -емын выражают категорию результативности, завершённости в прошлом; они соответствуют русским кратким страдательным причастиям прошедшего времени: бусы гыремын 'поле вспахано', турын турнамын 'трава скошена'.

Причастия могут иметь такие же формообразующие аффиксы, как и личные глаголы, и соответственно выражать категории вида, залога, фиктивности: дӥсяськись 'одевающийся' – дӥсяськыны 'одеваться', дӥсяны 'одеть'; гырылэмын 'периодически (или местами, там и тут) вспахано' - гырылыны 'периодически (или местами, там и тут) пахать', гырыны 'пахать'; гырытӥсъ 'заставляющий пахать' - гырытыны 'заставить пахать'; гыремъяськоно 'следует делать вид, что пашешь' - гыремъясъкыны 'делать вид, что пашешь'[1].

Деепричастие

Деепричастия образуются при помощи аффиксов -са; -тэк; -ку; -тозь; -мон; -мтэен; -мтэысь; -эмен (-емен), -мен; -эмысь (-емысь), -мысь от любого глагола, имеющего различные деривационные и формообразовательные морфемы.

При образовании деепричастных форм у глаголов I спряжения выступает полная основа (на -ы): куты-ны 'поймать, ловить, схватить' - куты-са 'поймав, схватив', куты-тэк 'не поймав, не схватив', куты-ку 'в то время, когда поймал(и), ловил(и)', куты-тозь 'до того момента, пока поймал(и), ловил(и)', куты-мон 'в таком состоянии, что можно поймать, схватить, держать'. То же самое в отрицательных деепричастиях: куты-мтэен 'из-за того, что не поймал(и), не ловил(и)', куты-мтэысъ 'в связи с тем, что не поймал(и), не ловил(и)'. Исключение: кут-эмысь 'в связи с тем, что поймал', кут-эмен 'из-за того, что поймал'.

У глаголов II спряжения суффиксы деепричастий также присоединяются к основе: ужа-ны 'работать, трудиться' - ужа-са 'работая', ужа-тэк 'не работая', ужа-ку 'в то время, когда работал(и)', ужа-тозъ 'до тех пор, пока работал(и)', ужа-мон 'в таком состоянии, что может работать', ужа-мтэен 'из-за того, что не работал(и)', ужа-мтэысъ 'в связи с тем, что не работал(и)'.

Деепричастия на -са могут обозначать:

1) признак действия, которое совершается одновременно с действием, выраженным глаголом-сказуемым в личной форме: Матӥ, со шоры учкыса, коня ке сылӥз. 'Мати немного постоял, любуясь восходящим солнцем (букв, смотря на него).';

2) действие, совершающееся раньше действия, выраженного глаголом-сказуемым: Чоръяннюке вуыса, ошмес вадьсы выдӥз... 'Дойдя до Чоръяннюка, [он] прилёг у родника...'

Деепричастия на -тэк, выражая отрицаемое действие, могут обозначать как временные, так и причинно-следственные отношения; действие может осуществляться одновременно с действием, обозначенным глаголом-сказуемым или раньше этого действия: Берло кылъёссэ со чик серекъятэк вераз. 'Последние слова он молвил без насмешки (букв, не смеясь)'.

Деепричастия на -ку выражают временные отношения; действие, выраженное деепричастием на -ку, обычно происходит одновременно с действием, обозначенным глаголом-сказуемым: Пырыкуз ик Татьяна Иосифовна пальпотыны кутскиз. 'Татьяна Иосифовна, входя [в кабинет], начала улыбаться'.

Деепричастия на -тозь указывают на:

а) предел действия во времени: Василий Николаевич гуртысь кошкытозь сылыса кылизы. 'Они стояли до тех пор, пока Василий Николаевич не скрылся из виду (букв, не ушёл из деревни).';

б) степень действия: Озьы кык-куинь арня ӵоже олокӧня пол, дэраос юг-юг тӧдьы луытозь 'И таким образом, в течение двух-трёх недель, пока холсты не станут совершенно белыми.';

в) противопоставление действий: Лидаез фермаысъ уллятозь, тонэ сизьым шур йылэ вуттоно вал. 'Вместо того, чтобы выгнать с фермы Лиду, надо было тебя [самого] отправить подальше'.

Деепричастия на -мон выражают меру или степень возможности осуществления действия: Мынам атае но куинь мурт ӝутымон корез огназ ӝутоз вал. 'Мой отец тоже один поднимал бревно, которое под силу было бы только троим'. Отглагольная форма на -мон может выступать и в функции причастия.

Отдельную группу составляют деепричастия на -эмен (-емен), -мен, -мтэен; -эмысь (-емысъ), -мысь, -мтэысъ; -эмъя (-емъя), -мъя, которые фактически являются формами отглагольных образований на -эм (-ем), -м в творительном, исходном и соответственном падежах. Деепричастия на -эмен (-емен), -мен, -мтэен; -эмысь (-емысь), -мысь, -мтэысь выражают, в основном, причину действия: ...куӵо така, оло эшъёсызлэсь сэзьгес луэменыз, оло ваньмызлэсь пичи луыса визь пырымтэен, шонерак куаръёс пӧлы пыриз, '...пёстрый барашек, или будучи шустрее, чем другие, или будучи меньше всех и из-за этого не набравшимся ума, забежал прямиком в листву.'; Уж кысык луэмен, Чоркко выжыосты Вишур кенак учкыны кутскиз. 'Из-за того, что начался сенокос, за детьми Чоркко начала присматривать тётя Вишур'. Формы же на -эмъя (-емъя), -мъя, как правило, выражают условные и временные отношения: Шудӥсьёс пала луэмъяз Петырлэн бамъёсыз шӧдскы-мон пӧсь луо, сюлмыз тэтча. 'По мере приближения к играющим, щёки Петра краснеют (букв, становятся горячими), сердце стучит'[1].

Наречие

Наречия, выражая признак действия или признак признака, сочетаются с глаголами, прилагательными, отглагольными именами или с наречиями. Связь наречий с другими словами обычно осуществляется путём примыкания.

По своей семантике наречия делятся на три разряда: обстоятельственные, определительные и наречия, выражающие категорию состояния. Обстоятельственный разряд объединяет наречия места (матын, кыдёкын, вылын, улын), наречия времени (дасой 'в течение десяти дней' - дас 'десять'; арскын 'в течение года; за год'; арбыт 'целый год'; минутскын 'за минуту'), наречие причины и цели (юромо 'нарочно'), наречия совместности (оген 'в одиночку', чошен 'вместе').

Определительный разряд объединяет наречия, обозначающие качества, способ действия, интенсивность проявления признака. В границах определительного разряда выделяются наречия образа действия (ӝог 'быстро', каллен 'медленно'), интенсивности признака (туж 'очень', ортчыт 'слишком', укыр 'очень') и др.

Наречия, как и прилагательные, могут иметь степени сравнения и степени качества. Выделяются 3 степени сравнения:

а) положительная - ӝог мынэ 'быстро идёт', матын 'близко';

б) сравнительная, которая выражается аффиксом -гес (-гем): ӝоггес бызе 'быстрее бежит', матынгес или матынгем 'ближе';

в) превосходная, имеющая только аналитические формы образования: самой ӝог бызе 'быстрее всех бежит'.

Степени качества тоже состоят из трёх компонентов:

1) позитивная: ӝож кырӟало 'грустно поют', горд пиштэ 'отсвечивает красным';

2) уменьшительная (модератив) - образуется посредством аффиксов -ылэс (-ялэс), -мыт, -пыр{ъем): ӝож-мыт вазиз 'с грустью (букв, грустновато) сказал'; буртчин дэремез лызалэс ворекъя 'её шёлковое платье переливается голубоватым цветом'; ваньмыз соослы льӧльпыр адске 'им всё видится в розовом цвете';

3) усилительная (интенсив) - образуется как синтетически (посредством редупликации основы прилагательного): горд-горд буямын 'покрашено в красный-красный [цвет]', так и аналитически (с помощью слов-усилителей туж:, укыр, ортчыт 'очень' и др.): туж ӝож кырӟало 'очень грустно поют', укыр яркыт пиштэ 'слишком ярко светит'.

Не у всех наречий могут быть формы степеней сравнения и качества; в основном, только наречия образа действия, места и некоторые другие могут принимать формы сравнительной и превосходной, уменьшительной и усилительной степеней.

Наречия структурно представлены 2 типами: непроизводными (вазь «рано», ӝог «быстро») и производными, образованными при помощи аффиксов: -быт, -ой (-ей), -скын (-кын), -ак (-як), -эн (-ен), -ысь, -ын, -лань, -озь, -э (-ё).

Морфемы -ын, -эн, -ысь, -лань, -озь, -э восходят к падежным аффиксам: толбыт 'всю зиму' - тол 'зима'; дасой 'в течение десяти дней' - дас 'десять'; арскын 'в течение года' - ар 'год'; минутскын 'за минуту' - минут 'минута'; ӟечкын 'по-хорошему' - ӟеч 'хороший, добрый'; ваяк (фонет. вайак) 'настежь' - вай 'ответвление, ветка'; оген 'в одиночку, по-одному' - ог- 'один'; ӝоген 'вскоре' - ӝог 'быстро, скоро; быстрый, скорый'; кужмысъ 'насильно, со всей силой' - кужым 'сила, энергия'; татысь 'отсюда' -татын 'здесь'; кемалы 'надолго' - кема 'долго'; азьлань 'вперёд' - азь 'перед', ӵукнаозь 'до утра' - ӵукна 'утро; утренний; утром'.

В структуре некоторых наречий выступают и приставки (префиксоиды) коть-, оло-, ог-: котьку 'всегда' -ку 'когда'; олокытысь 'неизвестно откуда' - кытысь 'откуда'; огдырлы 'ненадолго, временно' - дырлы 'на время'.

В системе производных наречий особую подгруппу составляют сложные и редуплицированные наречия: гижысь-пиньысь 'энергично, настойчиво'; мылысь-кыдысь 'усердно, с желанием'; синтэм-пельтэм 'бесшабашно'; бертэм-азьтэм 'бесследно, без вести'; солань-талань 'туда-сюда'; уен-нуналэн 'днём и ночью'; ньылен-витен 'вчетвером-впятером'; арен-кыкен 'годами'.

Наречно-изобразительные слова

Удмуртский язык богат наречно-изобразительными словами, выражающими образ действия или состояния. По значению они, в основном, делятся на три группы:

а) слова, выражающие зрительный образ: чукин-бекин 'кубарем'; бугыр-бугыр чын потэ 'дым идёт густыми клубами'; чиль-чиль 'очень чёрный';

б) слова, выражающие звуковой образ: чир-чир кесяське 'пронзительно кричит'; дыбыр-шалтыр усиз 'упал с грохотом'.

в) слова, одновременно выражающие и зрительный, и осязательный образы: йырсиез пежыр-пежыр 'волосы стоят торчком'; кот пальтоез торк-торк кынмем 'его (её) мокрое пальто заледенело'.

В структурном отношении изобразительные слова бывают простые и сложные (обычно редуплицированные). Сложные выражают значение периодичности, интенсивности и обладают большей экспрессивностью: Со шоры пыр-пыр учкыса, милиционер уката оскысагес малпаз: "Бен, та егит воргорон зэмзэ лушкаськымтэ...". 'Посмотрев на него внимательно, милиционер, ещё больше поверив, подумал: "Да, этот молодой мужчина действительно не воровал..."[1].

Послелоги

В удмуртском языке свыше 200 послелогов, функционально они соответствуют предлогам русского языка и выражают пространственные и временные отношения, а также имеют значения цели, причины, следствия, образа действия, сравнения, совместности и т. д. По способу образования различаются собственно послелоги (понна «за, ради, для», сяна «кроме», сярысь «об, о») и имена-послелоги, так называемые серийные послелоги (улын «под», дорын «около, возле», азьын «перед»). Серийными они названы потому, что нередко к ним присоединяются форманты местно-пространственных падежей (корка дорын «около дома», корка дорысь «от дома» и др. [2]).

Имена с послелогами обычно стоят в абсолютной форме: пукон вылын 'на стуле', пукон вылысь 'со стула'; тон сямен 'по-твоему', тӥ кадь 'как вы'. С отдельными послелогами имена могут стоять в косвенных падежах: Тонэн сэрен мон поездлэсь кыли. 'Из-за тебя я отстал от поезда.'; Герасимовен йырин умме усьыны ӧз луы. 'Из-за Герасимова не удалось заснуть'. Серийные послелоги чаще всего присоединяют аффиксы местных падежей, но, кроме того, в своей структуре могут иметь аффиксы субъектно-объектных падежей (Тӥни озьы праздник азелы чорыг но сюриз.... 'Вот так к празднику и рыба угодилась...'); суффиксы сравнительной степени (Ӝӧк дорынгес ик пуке Георгий Ильич... . 'Где-то возле стола (букв, ближе к столу) сидит Георгий Ильич'); суффиксы множественного числа (Сюресъёс дуръёсысь, нюлэсъёс вӧзысь - котькытысь, котькытысь сяськаез адӟоно. 'Вдоль дорог, близ лесов - повсюду, повсюду можно увидеть цветы.'); выделительно-указательные и посессивные суффиксы[1].

Союзы

Союзы делятся на две группы: сочинительные и подчинительные.

Сочинительные союзы:

а) соединительные: но 'и', собере 'потом, затем', но... но 'и... и' и др. Напр.: Сергеев но Сахаров 'Сергеев и Сахаров'; Со анайзэ мӧзмыса но, кышкаса но возьма. 'Он с тревогой (букв, скучая и со страхом) ждёт свою маму.'; Нырысь-валысь фронтысен кусып тупатӥмы вал, собере кыкнамы но госпитале сюримы .'Сначала на фронте мы познакомились, затем оба оказались в госпитале.'; Ми но, удмурт пиос но нылъёс, солэсь книгаоссэ лыдӟыны дышим. 'И мы, удмуртские парни и девушки, научились читать его книги'.

б) разделительные: яке... яке 'или... или', оло... оло 'или... или', не то... не то 'то ли... то ли', я... я 'то... то, или... или', не... не 'не то... не то', то... то 'то... то' и др.: ...пужымъёслэн улвайёссы бордысь лымы пырыос но яке льӧльмыт, яке нап чагыр тусъёсын вошъясъко. '.. .и снежинки на сосновых ветках переливаются или розовыми, или тёмно-голубыми оттенками.'; Мадемезъя Кайсы Иванлэн ымнырыз я ӵыжектылэ, я ӟаректылэ. 'Во время рассказа лицо Кайсы Ивана то бледнеет, то краснеет.'; Синъёсыз вирӟектэмын: оло уйзэ пыдйылаз ортчытэм, оло али гинэ бӧрдэм. 'Её глаза были красными: то ли всю ночь на ногах провела, то ли плакала недавно'.

в) противительные: нош 'а, но, однако', а 'а', но 'а, но', а то 'а то'; напр.: Шунды уг пыжы ни, нош шунытэз вань на. 'Солнце уже не печёт, но ещё греет'.

Подчинительные союзы:

а) времени: ку, куке (куке... соку) 'когда (когда..., тогда)', бере 'после того как', дыръя 'когда, пока' и др. Напр.: Арлэн кутсконаз ик дышетскисьёслы ивортӥсъко, ку но кыӵе писательлэн творчествоезъя ортчытомы зачётъёс. 'Уже в начале учебного года я сообщаю учащимся, когда и по творчеству каких писателей проведём зачёты.';

б) условные: ке 'если', бере 'если', дыръя 'если'; напр.: Со ке ӧй луысал, ӧйтӧд, мар ужасалмы ми Насьтӥен. 'Если бы его не было, не знаю, как бы мы управились с Настей.'; Кызьы бен дыртод,... ку пушкын быгыт сӥль ӧвӧл ни бере. 'Как тут поспешишь,... если уже сил не осталось (букв, под кожей мышц уже не осталось).';

в) причины: малы ке шуоно 'потому что; так как'; напр.: Яратӥсько мон сое, малы ке шуоно со котьку чырткем. 'Мне она нравится, потому что она всегда резва.';

г) цели: шуыса 'чтобы': Зэм, сьӧлыкез ӧжытак пичигес медло шуыса, со эшшо ӝыны арзэ «вандӥз» на.... 'И вправду, чтоб провинности у него стало чуть поменьше, он «урезал» еще полгода...';

д) уступительные: ке но 'хотя, хотя и', озьы ке но 'хотя и..., несмотря на то, что'; напр.: Вожед ке но потэ, одӥгзэ верасал на, пие. 'Хотя ты и злишься, я бы ещё тебе сказал, сынок.';

е) изъяснительные: шуыса 'что', будто 'как будто'; Тӧдьыос сярысь вераськон луылыку, со малы ке малпа вал, соослэн валъёссы но, дӥськутсы но, изьыоссы но тӧдьы шуыса. 'При разговоре о белых она почему-то полагала, что у них и лошади, и одежда, и шапки белые (букв, белый)'[1].

Частицы

Частицы делятся на следующие группы:

а) указательные: тани 'вот', тӥни 'вон', вот 'вот'; Тӥни кошке, тӥни. 'Вон он уходит, вон!';

б) определительно-уточняющие: ӵапак 'как раз, ровно, точь-в-точь, именно', самой 'именно, самый'; напр.: ӵапак али лыктӥз 'он как раз сейчас приехал'; самой татын пукиз 'он именно здесь сидел';

в) выделительно-ограничительные: гинэ 'только', ке но 'хотя'; коть 'хотя'; напр.: Со сюрес ньыль иськем гинэ кыстӥське. 'Протяженность этой дороги только четыре километра.'; Мон озьы гинэ уг кошкы, квартираез шори люком. 'Я просто так не уйду, квартиру разделим пополам.';

г) усилительные: но 'и, же, тоже', ик 'же, ведь', ук 'ведь, же', уго, угось 'ведь, же', чик 'совсем'; со но озьы ик ужалоз 'и он так же будет работать'; Одӥг пол монэ вазь ӵукна ик укно улын кыӵе ке кышномуртлэн удмурт сямен кырӟамез сайкатӥз. 'Однажды ещё спозаранку меня разбудило пение под окном на удмуртском языке какой-то женщины.'; Чипчирган ук co! 'Это же Чипчирган!'; Мон но мыно. 'Я тоже пойду.'; Италмас но татын вал ини. 'Италмас тоже была уже здесь.';

д) усилительно-соотносящие: ини, ни 'уже, уж', на 'ещё'; напр.: Мон уг тодӥськы на, мар со сыӵе базар. 'Я ещё не знаю, что такое базар.'; Верай ини, мон Володялэсь сизьым ареслы егит вал. 'Я уже говорила, что была моложе Володи на семь лет'.

е) утвердительные: бен, о-о 'да', озьы 'так'; напр.: Бен, татӥяз Соснов кузь сюрес вылэ ӧз ни поталля (Крас). 'Да, в последние годы Соснов далеко уже не выходил.'; Адӟид-а тон сое! - О-о, адӟи. 'Ты видел его? - Да, видел.';

ж) отрицательные: ӧвӧл 'нет, не', не 'не'; напр.: Ӧвӧл, ӧвӧл, тон котьку монэн ӵош. 'Нет, нет, ты всегда рядом со мной.'; пересь не пересь, нош егит ӧвӧл ни 'стар не стар, но и не молод уже.';

з) вопросительные: -а 'ли', -тэ 'ли', шат 'разве', неужто 'неужели', меда 'же, может, ли' и др.; напр.: Камай, тон-а? 'Ты ли это, Камай?'; Вераськод-а, уд-a! 'Будешь ли ты говорить или нет?'; Мӧзмиськод шат, пияш?. 'Что, скучаешь друг (букв, парень)?'; Кин-о, пе, ныл йырын вал вылын ворттылоз? 'Какая же девушка будет скакать верхом на коне?'; Асьмелэн ӧвӧл меда, ворттылыса утчало мон. 'Случайно не наш ли, попробую съездить'.

и) вводные: пе 'дескать', пӧй 'мол'; Мон, пе, Можга районысъ Кибъя гуртысь. 'Я, мол, из деревни Кибья Можгинского района.'; Мон шуи, коня ке, пӧй, вырисько. 'Я сказала, что немного, мол, пишу [стихи].';

к) предположения, вероятности: оло 'кажется, может, ли', лэся 'вероятно, кажется', иське 'значит', дыр 'видимо, вероятно, наверное'; напр.: Ӧд тодма ни, лэся!. 'Кажется, ты уже не узнал?'; Мӧзмиськоды, дыр, гурттылэсь, тодмоостылэсь! . 'Наверное, скучаете по своей деревне, по знакомым?'; - Пие, оло, тон, лэся, ук ma! - пересь ас синмызлы оскытэк юа.'- Сынок, да это же, кажется, ты? - не веря своим глазам, спрашивает старик.';

л) модально-волевые: вае, вае 'давай, давайте', я 'ну'; Вай, солы маке сиён потто. 'Давай, я вынесу ей (собаке) еду.'; Я, кыӵе ке ним вера али. 'Ну, назови какое-нибудь имя!'[1].

Междометия

По значению междометия делятся на две группы:

а) междометия, выражающие различного рода чувства и эмоции: Ох, кыӵе жади мон, Полинька!. 'Ох, как я устал, Полинька!'; О-о, докторез юнме ӝоже уськытӥллям. 'О-о, доктора напрасно обидели.'; У-уф! жади. 'У-уф! я устал.';

б) междометия, выражающие волеизъявление, призыв, побуждение к действию; плие-плие-плие 'звукоподражание для подзывания овец'; Но-о, пошёл, милой! - кеськиз валэзлы. 'Но-о, пошла, милая! - крикнул он лошади.'; Ойдо, бертом ини! 'Давай, домой пойдём уже!'[1].


Синтаксис

Синтаксису удмуртского языка более характерны простые предложения с твердым порядком слов по типу «определение+определяемое». В соответствии с чем стержневое слово любого словосочетания, а также подлежащее или сказуемое в своих концентрах занимают постпозицию (чугун сюрес «железная дорога», горд кышет «красный платок», кужмо ужа «работает проворно», ужась вал «рабочая лошадь») [2].

Различают четыре вида синтаксической связи: примыкание, управление, притяжательная связь и согласование. Из них более широко представлено примыкание, где в качестве определяющего слова могут выступать различные части речи, выраженные преимущественно нулевыми формами (горд кышет 'красный платок', горд кышетлы 'красному платку', горд кышеттэк 'без красного платка'). Из-за отсутствия грамматической категории рода менее употребительна синтаксическая связь согласование (гордъёсыз кышетъёс «красные платки», милямъёсыз бертӥзы «наши вернулись»). Притяжательная связь преимущественно выражается при выражении принадлежностных отношений (школалэн юртэз «здание школы», шурлэн вожез «устье реки»).

Двусоставные предложения имеют подлежащее и сказуемое: Котькудаз шуре ошмесъёс усё. 'Во все реки впадают родники'. В структуре предложения могут присутствовать и второстепенные члены: определение, дополнение, обстоятельство: Пиналъёс бадӟым сюрес вылэ потӥзы но ӝоген Кибъяла вуизы. 'Ребята вышли на широкую дорогу и вскоре дошли до Кибьи.'; Маръёк ныппиоссэ уг сайкаты, соос асьсэос султо. 'Марьёк своих детей не будит, они встают сами'. Предложение может быть усложнено причастными, деепричастными и отглагольно-именными оборотами: Крестьян дӥсен дӥсяськем воргорон яр йылэ шокпотыса тубиз. 'Мужчина, одетый в крестьянскую дежду, запыхавшись, поднялся на крутой берег реки.'; Азбаре пырыкуды, кенер вӧзысь мӧйы яблокпуэз адӟоды; 'Когда будете заходить во двор, рядом с оградой увидите яблоню'.

Порядок слов

В определённых типах словосочетаний и предложений удмуртского языка существует более или менее устоявшийся порядок расположения слов:

а) именное определение предшествует определяемому слову; при перестановке изменяются их синтаксические отношения или вообще разрушается конструкция; ср. лыз кышет 'синий платок', корт усы 'железная борона'; кышет лыз 'платок синий', усы корт 'борона из железа', усы корт 'железо у деревянной бороны'; пукон кук 'ножка стула' (перестановка невозможна);

б) словосочетание, в котором определяемое слово выражено отглагольным именем (напр., на -он, -н и др.) определение - существительным, обычно не подвергается перестановке: нюлэс коран 'рубка леса';

в) причастия, выступающие в роли определения имён, обычно могут переставляться; в этом случае они выполняют роль сказуемого; ср. оскымон эш 'надёжный друг', эш оскымон 'друг надёжен'; ужась колхозник трудолюбивый колхозник', колхозник ужась 'колхозник трудолюбив';

г) отрицательные вспомогательные глаголы всегда выступают в препозиции; ср. уг ужало 'не работают', ӧз ужалэ 'они не работали', ӧвӧл гырем 'он не пахал', эн турна 'не коси'.

д) подлежащее традиционно занимает место перед сказуемым; сказуемое - после дополнения и обстоятельственных слов, т. е. имеет тенденцию занимать конечную позицию в предложении; ср. Сюрес пичи нюлэс пыртӥ ортче. 'Дорога проходит через маленький лесок'. Однако этот порядок слов не является неизменным. В зависимости от контекста, стилистических особенностей, логического ударения, от характера и типов предложений сказуемое может занимать начальную позицию, подлежащее оказываться в конце, дополнение или обстоятельство - после сказуемого и т. д. Это особенно проявляется в вопросительных, побудительных и восклицательных предложениях. Еще большая свобода расположения членов предложения выявляется в диалогической речи.

Члены предложения

Подлежащее может быть выражено существительным, местоимением, числительным и другими частями речи, имеющими субстантивный характер.

Слово, выступающее в роли подлежащего, может иметь:

1) форму именительного падежа единственного и множественного числа: Турын-куар куасьмиз. 'Трава высохла.'; Ортчизы аръёс. 'Прошли годы.';

2) форму творительного падежа (при сочетании двух существительных): Дубовен Линаен Нушинэз вунэтизы. 'Дубов и Лина про Нушина забыли';

3) аффикс притяжательности (соответствующего числа и лица): Соку агайзы но синъёссэ усьтэ. 'Тогда и их старший брат открывает глаза.'; Вужъёсыз ужасьёс заводись пазьгиськизы, отчы ог дасоез сяна ӧз кыле ни, выльёсыз нокытысь но уг лыкто. 'Прежние рабочие разбежались с завода, их осталось только с десяток, новые же ниоткуда не идут.'

Сказуемое может быть выражено всеми личными и неличными (инфинитивом, причастием, деепричастием) формами глаголов и другими частями речи, выступающими в качестве предиката предложения, а также сочетанием слов; ср. Гондыр интыяз пуксиз. Гондыр сел на своё место.'; Тылобурдоос чалмизы. 'Птицы угомонились.'; Доразы нокин вылымтэ. 'Дома у них никого не было.'; Корка ӧс пуннямын вал. Дверь была заперта.'; Луд выл ӵужектэмын. 'Поля пожелтели.'; Гуртамы яблокпуос ӧжыт вал. 'В деревне яблонь было мало.'; Радин туннэ мӧзмыт тусо. 'Радин сегодня с грустным видом.'; Куазъ ӝомыт луиз. 'Стемнело.'; Лина тулыс ву кадь. 'Лина как весенний ручей.'; Ымнырыз солэн котырес, нырыз шонер но пичи, синъёсыз бадӟымесь, синкашъёсыз сюбегесь, йырсиез съӧд уйлэсь но сьӧдгес. 'Её лицо округлое, нос прямой и маленький, глаза большие, брови узкие, волосы чернее тёмной ночи'.

Дополнение может быть выражено в основном теми же частями речи, что и подлежащее: оно стоит или в винительном, или в других субъектно-объектных падежах; ср. Малы йырдэ ошид? . 'Почему ты голову склонил?'; Монэ та ивор паймытэ. 'Эта весть меня удивила'; Удмуртия страналы уно нюлэс сётэ. 'Удмуртия дает нашей стране много леса'.

Определение может быть выражено прилагательным, местоимением, причастием, числительным и существительным; ср. Кыдёкын ик ӧвӧл зӧк кыз сылэ. 'Совсем неподалёку растёт толстая ель'. Асьмелэн ӵукнамы кырӟанъёсын усьтӥське. 'Наше утро начинается с песен.'; Эх, вера на вал соослы, Инкуазен сётэм визь, тодон-валан басьтэмлэсь трослы ӟечгес шуыса. 'Эх, сказать бы им ещё, что Природой данный разум, по сравнению с познанием, намного лучше.'; Тани одӥгез нырпелесыз мукетызлэсь паськытгес, синкабак выллапалаз мень потэмын. 'Вот одна ноздря шире другой, поверх века виднеется родинка.'; Нош алигес директорзылэсь гожтэт басьтӥ -колхоз председателенызы валче гожтӥллям. 'А совсем недавно получила письмо от их директора - они написали вместе с председателем колхоза'.

Обстоятельство часто выражается наречием, наречно-изобразительным словом, деепричастием (или деепричастными конструкциями), именем существительным, стоящим в местных падежах; ср.: Выны уйбыт ӧз изьы. 'Мой брат всю ночь провёл без сна.'; Нуналъёс туж ӝог ортчо. 'Дни проходят очень быстро.'; Укно пиялаос дыр-дыр карыса сэзьясько. 'Оконные стекла с грохотом трясутся.'; Одӥг пол, Можгаысь бертыкумы, автобусмы сюрес урдсы погыльскиз. 'Однажды, когда мы возвращались из Можги, наш автобус опрокинулся на обочину дороги.'; ...Валерий Николаевич чилясь графинысьтыз чибори чашаяз чагыралэс-чылк ошмес ву лэзиз... '...Валерий Николаевич налил из поблескивающего графина в радужную чашку голубовато-чистой родниковой воды...'

Сложные предложения

В зависимости от структурно-грамматических и логико-смысловых особенностей компонентов сложные предложения делятся на две большие группы: а) сложносочинённые и б) сложноподчинённые.

В сложносочинённых предложениях составные части соединяются при помощи разделительных, соединительных, противительных союзов. Предложения с разделительными союзами: Нокытын номыр ӧз пӧрмы вал: я адямиос висён кутыса быро, я лыдон басьтэ, я шузи луо. 'Нигде эксперимент не удавался: или люди погибали от болезней, или чесотка их одолевала, или они сходили с ума'. Предложения с соединительными союзами: Одӥг-кык вамыш лэсьтэ но, пыдъёсыз берен гылӟо. 'Он делает только пару шагов, а ноги скользят обратно'.

Предложения с противительными союзами: Калык гур карыса серекъя, нош Чипчирганлэн таӵе дыръя серемез пичи но уг поты. 'Народ безудержно хохочет, а Чипчирган в такие минуты даже не улыбнётся.'; Туж уно нуналъёс ортчизы, нош тани уг вуны. 'Сколько дней прошло, а всё не забывается'. В сложноподчинённых предложениях связь придаточного предложения с главным осуществляется при помощи союзов и союзных слов. Соответственно выделяются следующие типы придаточных предложений:

1) определительное придаточное предложение, соединяющееся с главным при помощи союзных слов кинлэн 'чей, (у) кого', кудӥз 'который', кыӵе 'какой', кин 'кто', ма 'что', ку 'когда', кытын 'где' и др. Этим союзным словам в главном предложении соответствуют указательные слова; напр., солэн '(у) того', соиз, со 'тот', сыӵе 'такой', нокыӵе 'никакой'. Напр.: - Кытын со вить сю солдатъёсты, кудъёсызлы тӥ оскиды?. '- Где эти [ваши] пятьсот солдат, которым вы доверились?'; Сӥзисько Бадӟымшур гуртлы, кудӥз али ӧвӧл ни. 'Посвящаю деревне Бадзымшур, которая уже исчезла.'

2) изъяснительное придаточное предложение, соединяющееся с главным при помощи союзных слов кин 'кто', ма(р) 'что', малы 'почему', котькин 'всякий, кто угодно', котьма(р) 'что угодно', кытчы 'куда', кинэн 'кем', маин 'чем', кыӵе 'какой', кӧня 'сколько' и союзом шуыса 'что'; напр.: Анайзэ гуртын уноез уг яраты шуыса, пияш кемалась тодэ ни. 'О том, что в деревне его маму многие не любят, мальчик знает уже давно.'; Сак учкыса кыллиз Мати но, кызьы асьме солдатъёс ожмасько. 'И Мати очень внимательно смотрел, как сражаются наши солдаты.'; Тодӥськоды-а, пе, малы адямилэн ымыз одӥг луэ, киыз но пельыз -кык. 'Знаете ли, мол, почему у человека рот бывает один, а руки и уши - по два?'; - Тодэ, Елизавета Васильевна, ку асьмелэн решениосмы ыстэмын, кин отын собрание ортчытӥз? '- Узнайте, Елизавета Васильевна, когда наши решения высланы, кто там собрание проводил?'; Нош Василий Николаевич син азяз пуктыны тыршиз, кызьы со улысал... 'А Василий Николаевич попытался представить, как бы он жил...'

3) придаточное предложение места, соединяющееся с главным предложением посредством союзных слов кытын 'где', кытысь 'откуда', кытчы 'куда', кытӥ 'по какому месту', кытчыозь 'до чего', кудлань 'в какую сторону'. В главном предложении им часто соответствуют указательные слова отын 'там', отысь 'оттуда', отчы 'туда', отӥ 'там', солань 'в ту сторону'; напр.: - Я, ойдо, ну милемды отчы, кытын дядяед улэ. '- Ну, веди нас туда, где живёт твой отец.';

4) придаточное предложение времени, соединяющееся с главным посредством союзных слов и союзов ку, куке 'когда', дыръя 'когда, пока', бере 'после того как', гинэ 'только лишь', ке 'если'; напр.: Сӥзьыл, картошка октон дыр вуэ ке, Вылга школае покчиос гинэ ветло на. 'Осенью, когда приходит время сбора картошки, в Вылгинскую школу ходят только учащиеся младших классов'.

5) придаточное предложение образа действия и сравнения, соединяющееся с главным при помощи союз¬ных слов кызьы (ке) 'каким образом', кадь 'словно, как (будто)'; напр.: Со лэсьтэ озьы, кызьы косэ сюлэмез. 'Он поступает так, как велит ему сердце.';

6) придаточное предложение причины, соединяющееся с главным, при помощи союзных слов (сочетаний слов) малы ке шуоно 'потому что'; напр.: Сыӵе малпан быдэсмоз, малы ке шуоно со вань ужась калыклэн самой ӟеч малпанэз. 'Эта идея осуществится, потому что это мечта всех трудящихся.';

7) придаточное предложение цели, соединяющееся с главным при помощи союза шуыса; напр.: Со дӥсьтытэкгес мынӥз, пинал медаз сайка шуыса. 'Он шёл осторожно, чтобы не разбудить малыша.';

8) уступительное придаточное предложение, соединяющееся с главным при помощи союза ке но 'хотя'; напр.: Шаермы бадӟым ӧвӧл ке но, солэн пӧртэм палъёсаз куазь пӧртэмгес возькылэ. 'Хотя наша республика и небольшая, в её разных уголках погода немного отличается.';

9) условное придаточное предложение, соединяющееся с главным при помощи союза ке 'если'; напр.: Туала эмъюмъёс луысалзы ке, пияш улэп кыльысал. 'Если бы были современные лекарства, мальчик остался бы жив'.

Бессоюзные сочетания предложений по своему значению близки либо к сложносочинённым, либо к сложноподчинённым предложениям. В зависимости от этого их компоненты приобретают различную интонационную окраску; ср. Мон адӟисько: солы али секыт. 'Я вижу: ему сейчас тяжело.'; Гурт пуме вуо вал ини - олокытысь Горд Иван потӥз. 'Только вышли на окраину деревни - вдруг откуда-то появился Горд Иван.'; Гуртамы бадӟым прудмы вань, чорыгез но туж трос гинэ вал, тужгес но карпъёсыз. 'У нас в деревне большой пруд, и рыба там водилась, особенно карпы.'; Мотор гуретӥз, тракторист рычагзэ кыскиз. 'Мотор взревел, тракторист дёрнул за рычаг'[1].

Наибольшее распространение имеют сложноподчиненные предложения, построенные посредством соотносительных парных слов, в которых связь придаточного с главным грамматически выражена указательными и относительными местоимениями и местоименными наречиями: Мае кизид, сое ик аралод. «Что посеешь, то и пожнешь».

В отличие от других языков, удмуртский язык характеризуется еще употреблением значительного количества постпозитивных союзов, которые располагаются в конце или середине придаточной части сложноподчиненного предложения. В качестве связующих элементов главного предложения с придаточным выступают союзы бере «раз, коли, поскольку», дыръя «когда, в то время как», кадь «словно, будто», шуыса «сказав, говоря», вылысь «хотя» и др. (Толон сокем кужмо буран вал шуыса, уд ик оскы. «И не поверишь, что вчера был такой сильный буран»; Ӝож ке но каризы, вӧсь ке но каризы - чида. «Хотя и обидят, хотя и сделают больно - терпи»; Таре клубмы вань вылысь, ӝытъёсы калык мӧзмыса пуке. «Хотя имеется у нас такой клуб, народ по вечерам скучает у себя дома» и др. [2]

Литература

  1. 1,00 1,01 1,02 1,03 1,04 1,05 1,06 1,07 1,08 1,09 1,10 1,11 1,12 1,13 Алатырев В. И. Краткий грамматический очерк удмуртского языка / В. И. Алатырев // Удмуртско-русский словарь. - Ижевск, 2008. - С. 828-864.
  2. 2,00 2,01 2,02 2,03 2,04 2,05 2,06 2,07 2,08 2,09 2,10 2,11 Тараканов И. В. Удмуртский язык / И. В. Тараканов // Удмуртский язык: становление и развитие / И. В. Тараканов. – Ижевск, 2007. - С. 16-24.
  3. 3,0 3,1 Ефремов Д. А. Имя прилагательное в удмуртском языке / Д. А. Ефремов. - Ижевск, 2009. - С. 19-34, 44-55.
  4. Кельмаков В. К.Краткий курс удмуртской диалектологии: Введение. Фонетика. Морфология. Диалектные тексты. Библиография.- Ижевск, 1998. - С. 130.
  5. Стрелкова О. Б. Имена числительные удмуртского языка (в историко-типологическом аспекте) : автореф. дис... канд. филол. наук / О. Б. Стрелкова. - Ижевск, 2009. - С. 7, 13.